Наконец, решил написать про протесты и свои впечатления как человека, ставшего их живым свидетелем. Июнь 2013 года был временем, когда ситуация дошла до того (в её пик — 20 июня), что мало кто мог точно сказать, чем все это закончится. Тогда люди поменялись, и обстановка здесь в Рио-де-Жанейро тоже сильно поменялась. На улицах и в автобусах вместо сериалов и футбола активно обсуждалась политика. Часто это выливалось в оживленные и порой ожесточенные дебаты. Почти все поголовно выходили на улицу в желто-зелёной одежде и обматывались бразильскими флагами. Проснулись сильные национально-патриотические чувства. На улицах города пели национальный гимн. В то время говорили, что это исторический момент, потому что «гигант проснулся» («гигант» — аллюзия к словам бразильского гимна, в котором поется: «Гигант, созданный самой природой, ты красив и силен, бесстрашный колосс»). Действительно, таких протестов Бразилия не видела уже более 20 лет, с тех пор как был объявлен импичмент президенту республики Фернанду Коллору де Меллу в 1992 году.

Помню, как в день первого масштабного протеста в Рио-де-Жанейро, в понедельник 17 июня, я приехал на совещание с коллегами, которое проходило в Центре Рио-де-Жанейро. Совещание сразу же переросло в обсуждение протестов и их перспектив, так как это была единственная тема, которая волновала. В это время прямо над зданием кружили несколько вертолетов (военной полиции), и слышались крики 100-тысячной толпы, вышедшей на площадь Канделария. Одно из высказанных мнений о протестах было то, что есть реальная возможность установления военной диктатуры. И такая угроза действительно была. Не только из-за масштабов происходящего, но и из-за ещё не умершей традиции военных переворотов в странах Латинской Америки (последний государственный переворот был не военный, но произошел всего год назад, в 2012 году, в Парагвае) и радикальных настроений некоторых слоев бразильской элиты, которые в то время стали проявляться особенно ярко.

Ситуация дошла до своего пика 20 июня 2013 года, в четверг. Интересно, что за день до этого, в среду, префект Рио объявил о том, что тарифы на проезд в автобусах возвращаются на начальные позиции — 2 реала 75 сентаво. Таким образом, была сделана попытка успокоить хотя бы часть манифестантов, выполнив их начальные требования. Но эта стратегия не удалась. В четверг на улицы Рио-де-Жанейро вышло более миллиона человек, то есть в три раза больше, чем в понедельник. Тогда возникли лозунги «Это не только за 20 сентаво», то есть 20 сентаво были лишь фитилем, который разжег демонстрации: настоящей же причиной протестов стало, как мы уже отмечали, структурное недовольство бразильского населения качеством государственной системы образования, здравоохранения и высокими затратами на строительство стадионов для Чемпионата мира по футболу 2014 года. Манифестанты утверждали: «раз уж народ проснулся и мы переживаем исторический момент, не остановимся на 20 сентаво и пойдем до конца».

Перейду к повествованию о протесте 20 июня. Выехал я из Копакабаны на автобусе в центр. Автобус был забит манифестантами — в основном, молодыми студентами, лица которых были раскрашены в цвета бразильского флага. Это была желто-зеленая масса, которая кричала лозунги и раскачивала автобус, стуча по крыше и по окнам. Они свистели, дудели, били в барабаны, создавая невообразимый грохот. Вот некоторые их кричалки:

  • «Народ не дурак, долой компанию «Глобо»» (O povo não é bobo, abaixo a Rede Globo)
  • «Сегодня, сегодня, Рио остановится» (Hoje, hoje, o Rio vai parar)
  • «Эй, водитель, эй, кондуктор, скажи-ка, увеличилась ли твоя зарплата» (Ei, motor, ei, cobrador, me diz aí se o seu salário aumentou)
  • «Это не Турция и не Греция: это Бразилия выходит из инерции» (Não é Turquia, não é Grécia: é o Brasil saindo da inércia)
  • «Нам не легко, мы будем бороться за здравоохранение и образование» (Não tá fácil não, vamos lutar pela saúde e educação)
  • «Эй, Бразилия, просыпайся, ведь учитель стоит больше, чем Неймар» (Ei, Brasil, vamos acordar, porque um professor vale mais do que Neymar)
  • «Выходи на улицу, выходи» (Vem pra rua, vem) — это самый главный лозунг тех протестов.

Таким образом, сев в автобус, который повез меня в Центр города и в центр тех событий, я стал живым свидетелем истории, о которой лет через 50 будут писать в учебниках и задавать вопросы на экзаменах в вуз.

Когда автобус уже выезжал из Копакабаны, меня впечатлила такая сцена: люди, проходившие по улицам, по которым проезжал автобус, махали руками этим манифестантам и поддерживали их, свистели и кричали им «ура». Из окон высовывались жители и тоже кричали лозунги и махали флагами.

Снял небольшое видео, когда автобус проезжал Ботафого:

Когда автобус приехал, я пошел на Авениду Президента Варгаса, на которой и был протест. В то время — а было около 5 часов — уже было много народу, и огромная толпа уже текла от собора Канделария к префектуре (мэрии) города, которую манифестанты собирались штурмовать.

Очень быстро стемнело, и толпа все более оживлялась. Были даже какие-то карнавальные группы, которые играли самбу посреди протеста, будто попали на карнавал вне сезона.

Затем я стал следовать вместе с толпой к префектуре. По пути произошло несколько инцидентов с ограблениями манифестантов, когда какие-то горе-бандиты пытались совершить ограбление прямо в толпе и прямо посреди протеста. Как известно, бразильский средний класс (а протестовал средний класс) в большинстве своем агрессивно относится к преступникам, и в толпе никуда не убежишь. Поэтому грабителей ожидала народная расправа прямо на месте преступления.

Буквально за 20 минут до подхода к префектуре началась всеобщая паника. Испуганные люди начали бежать куда во все стороны. Это означало, что манифестанты начали штурмовать префектуру, и конная полиция начала их разгонять. Послушался грохот бомб, и рядом с префектурой стало видно огромное облако дыма, которое начало приближаться. Большими толпами люди бежали в обратном направлении. Я понял, что мирная манифестация закончилась и сейчас начнется бойня, и пора уходить. Пошел обратно вместе с манифестантами. Сделал небольшую остановку у памятника Зумби дус Палмарес, борцу против рабства в колониальной Бразилии. Стоя там, можно было наблюдать, как к префектуре направлялись замаскированные радикально настроенные экстремисты, которые шли явно не на демократический протест, а на войну. Они громили все на своем пути, вырывая столбы из асфальта и разбивая автобусные остановки. Кто-то поджег «Двор Самбы» (Terreirão do Samba), оттуда повалил дым.

Полиция теснила протестующих от префектуры к Канделарии (в обратном направлении), разгоняя их бомбами и слезоточивым газом. Дойдя до улицы Уругуаяна, хотел было повернуть на нее, чтобы там сесть на метро и уехать, но не тут-то было. Впереди, у Канделарии, тоже послышались бомбы и поднялось облако газа. Полиция зажала протестующих с двух сторон. Уходить по боковым улицам было опасно, так как на них возникли банды, которые грабили всех, кто пытался там пройти. Многие манифестанты начали паниковать.

Потом, когда эти бандитские группы ушли с боковых улиц, мне все-таки удалось пройти не ограбленным. Дошел до площади Тирадентис и пошел в Лапу, так как это было ближайшее место, откуда следовали автобусы. В то время полиция окружила манифестантов на Авенида Рио Бранко, и на площади Тирадентис начались столкновения.

В Лапе сел на автобус до Тижуки, который манифестанты чуть не забросали камнями. Но пассажиры закрыли окна, и никто не пострадал.

Доехал до Тижуки, затем на метро до Копакабаны.

Зашел поесть пиццу, так как долго не ел.

Так, не зря говорят, что всё в Бразилии заканчивается пиццей.